Случилось это вот как.

Однажды вечером я зашел в юрту к дяде Кыйгыжи, тут же сидел дядя Мукураш. Были они чем-то сильно взволнованы.

Дядя Кыйгыжи был самым старшим из четырех братьев отца, и потому в нашей родне самым почитаемым человеком. Кроме того, он был назначен старостой арбана объединявшего десять юрт, и по своей должности часто имел дело с судьями. Он обязан был по приказанию чиновника вызывать людей на суд, а когда не бывал в разъездах, то должен был прислуживать судьям: подавать чай и огонь для трубки, стеречь вызванных на допросы и вообще делать для них много разных дел. Вот почему дядя Кыйгыжи был очень осведомленным человеком, и к мнению его прислушивалась не только наша родня, но и чужие.

Мне по правилам даже в юрте его находиться не полагалось. Вот почему я, стараясь быть незамеченным, сел возле входа, не глядя в сторону разговаривающих, но уши свои я, конечно, навострил.

Дядя Кыйгыжи, сокрушаясь, рассказывал, что Шевер-Сарыга и Таз-оола схватили по доносу лжесвидетеля, а чтобы ложь не открылась, свидетель на суде выступать не будет. Обвинение ведут просто со слов истца, у которого кто-то украл быков. Завтра младших дядей должны были подвергнуть первым пыткам. Беда, беда! говорил дядя Кыйгыжи. Ведь их до сих пор никто не обвинил даже в краже петельки от плетки. Совсем они неопытны их еще и по щеке никто не ударил. Шевер хоть сиротскую долю изведал, крепче, а мой Таз-оол совсем как новорожденный телок. Молоденький еще, телом не развит, да и на язык не остер. Как-то они будут держать себя на этих страшных пытках!..

На следующий день мы, мальчишки, так и крутились среди взрослых, чтобы услышать хоть что-то о любимых нами за добрый нрав Шевер-Сарыга и Таз-оола. И с радостью узнавали, что братья ведут себя мужественно, виновными себя не признают, требуют, чтобы привели свидетеля, и всячески поносят чиновников. Шевер-Сарыгу за оскорбление суда даже добавили палок сверх полученной им тысячи ударов. Когда у Таз-оола треснули от пыток кости пальцев, он закричал:

• Случилось это вот как.
• Я же не преступник.
• Женщины плакали, причитая.
• Я выбежал из лесу.
• А обоз все шел и шел.
• А обувь!
• Мы понимали, что.
• Тут генерал особенно насторожился.
• Голова обоза была уже в Аткале.
• Вот тебе и на!
• Я был тут как тут.
• Слез с лошади и сел в снег.
• Выручила меня, как всегда, удача.
• От коновязей далеко не отходят.
• Курдюк мне!